Природа и Человек, XXI век, ноябрьский номер 2016 года: КОГО БУДЕМ ОХРАНЯТЬ ЗАВТРА?

Печать страницы

Природа и Человек, XXI век,  ноябрьский  номер 2016 года: КОГО БУДЕМ ОХРАНЯТЬ ЗАВТРА?

ЧИТАЙТЕ В ЖУРНАЛЕ: Природа и Человек, XXI век, ноябрьский номер 2016 года

КОГО БУДЕМ ОХРАНЯТЬ ЗАВТРА?

Были в Лазовском районе два природоохраняемых объекта: Лазовский заповедник и национальный парк «Зов тигра». У Лазовского заповедника были задачи: сохранить дикую популяцию пятнистого оленя, редкую популяцию горной антилопы и не менее редкую популяцию амурского тигра, ну и экологическое просвещение конечно.

А у национального парка стояли задачи: сохранять популяции амурского тигра, гималайского медведя и развитие туризма. Оба этих объекта имели своих кадровых работников, свой бюджет, свою материальную базу, свою историю, свои традиции. Всё, как положено. Каждый из этих объектов работал по своей методике, по своим планам, по своим программам.

Однако где-то года два тому назад Лазовский заповедник и национальный парк объединили. Что же из этого получилось? Какой-то ООПО Л.З. Н.П. Ну а если расшифровать: Особоохраняемый природный объект Лазовский заповедник, национальный парк. Какому-то высшему чиновнику, сидящему в мягком кресле Министерства природных ресурсов, пришла в голову бредовая мысль объединить заповедник с природным парком. Этот чиновник, скорее всего, понятия не имел, что такое природа, как её охранять. А просто хотел сократить финансовые расходы. Дескать, зачем держать двух директоров, двух бухгалтеров, двух начальников охраны. Но суть вся в том, что это объединение ударило по природе…

Я много лет работал директором Лазовского заповедника. Я хорошо знаю, как трудно бывает сохранить заповедные угодья от браконьеров, от лесных пожаров, от нахрапистых шишкарей и искателей женьшеня. Но тогда ещё не было в округе охотничьих баз. А сегодня и заповедную территорию, и территорию национального парка буквально впритык окружают охотничьи базы. Работа баз покрыта тайной. Нигде о них не упоминается ни словом. Но они живут тем, что отстреливают диких животных. Вся суть в том, что эти животные выходят в долины кормиться по ночам из заповедника и национального парка, и их спокойно отстреливают с вышек снайперскими винтовками. Сегодня браконьеры и охотники имеют мощные джипы и другие передвижные средства. Сегодня у браконьера и охотника огнестрельное оружие под стать военным пулемётам и автоматам, да ещё и с оптическим прицелом. У диких животных нет шансов выжить, дать потомство и сохранить его…

Это не пустые слова. И хотя я уже на пенсии, но продолжаю свою работу как эколог. У меня есть постоянный маршрут с. Лазо — падь Прямая. Ещё лет десять назад я встречал в этой пади следы кабанов, оленей, косуль. Видел птиц, белок, зайцев. Сегодня на этом же маршруте я почти не вижу животных. Редко, когда промелькнёт зайчишка или белочка. Вот и вся живность. И, не кривя душой, можно сказать: так сегодня выглядит вся дикая природа. Вместо того, чтобы укрепить и заповедник, и национальный парк кадрами, финансами, дать им материальное обеспечение, их просто объединили. На фоне расширения и развития военной мощи, на фоне беспрерывных космических экспериментов, на которые тратятся триллионы, охрана природы выглядит бедной Золушкой. А подумайте, господа чиновники, сможет ли сохраниться жизнь на Земле, лишённой природы? Нам только кажется, что природа вроде бы не меняется. Особенно, если сидишь в кабинете и придумываешь очередные козни против неё. На самом деле природа гибнет. Попробуйте в Европе найти чистую, без примеси суррогата воду. Такой воды там уже нет — ни под землёй, ни на земле. А лес? Какой в Европе лес внизу по долинам? Жалкие и редкие кустарнички. Это уже не тот лес, что был сотни лет тому назад. Да и у нас в России. Например, в Сибири под космодром уничтожили тысячи гектаров Сибирской и Дальневосточной тайги. И знаете… Обо всём говорят, пишут, показывают, только о состоянии природы, её проблемах все молчат, словно этой природы вообще не существует. Были в нашем крае газеты, писавшие о природе, но их закрыли.

Природа стала заложницей буржуазной системы. Удивляет и шокирует такой факт. Департамент охотничьего надзора Приморского края оценивает рост численности гималайского медведя так: в 2015 году численность составляла 2300, в 2008 году — 2500, в 2014 году — 3000 особей. Но это же туфта! Достоверных данных о современной численности гималайского медведя в пределах его ареала нет. Да и не может быть, поскольку учёт по медведям не проводится… Но охотникам надо, чтобы зверь в тайге был, пусть хоть на бумаге, хоть в отчётах, но был. А вот браконьерство за последние 10 лет действительно увеличилось. По данным сотрудников ДВФВНИИОЗ, на Дальнем Востоке (2006 г.) ежегодно отстреливалось от 380—420 до 850—910 гималайских медведей. В прошлом году пограничники задержали контрабандистов на озере Ханка, у которых было изъято более 100 медвежьих лап. О каком росте численности медведей может вестись речь, если в 2004 году только за одно задержание таможенники изъяли у контрабандистов 778 медвежьих лап?! В августе 2007 года в Приморском крае вблизи границы с Китаем была задержана партия из 480 лап преимущественно гималайского медведя. Но это только случайные задержания, а фактически контрабандистов задерживают редко, и не потому, что их мало, а потому, что у них есть тайные пути прохождения границы… Под петлями, капканами сегодня гибнут олени, кабаны, косули, тигры и другие животные (соболь, норка, рысь, выдра).

Вот только этот самый департамент охотничьего надзора скрывает истинное положение дел по надзору. Ему крайне невыгодно показывать эту истину.

Василий ХРАМЦОВ,

ветеран заповедного дела,

Приморский край

Экология и природа , , ,

Последние записи

Оставьте Ваш комментарий

You must be logged in to post a comment.

Архив по датам

Ноябрь 2016
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Окт   Дек »
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930